В Ялте есть такая традиция: пароходы провожает танцующая балерина. Она спускается на набережную ниоткуда, и так же – никуда – исчезает…

По спальному мешку, расстеленному на камнях, гуляли наглые чайки. Море ластилось тихо и преданно, как прирученный хищник.
-Вот мой дом, - сказала Света Гансу, сбрасывая босоножки и опуская маленькие ступни в ледяную ноябрьскую воду.
-Ты спишь здесь?- ужаснулся немец. – А если шторм? А зимой?
- В шторм я ночую на складе. Меня пускает один бизнесмен.
-У моих родителей свой ресторан. А я единственный наследник. У нас большой дом, в саду бассейн, окна твоей спальни будут смотреть на лес.
-Ты думаешь, родители похвалят твой выбор?- грустно усмехнулась Света.
-Ты только скажи мне да, - сморгнул слезу пылкий немец. – Остальное моя забота.
- Германия хорошая страна, - погладила Света руку друга. – Я там была на гастролях. И медицина там очень хорошая, мне могут сделать другое лицо. И в ресторане питаться здорово.
Печальное лицо Ганса озарилось надеждой.
-Но для меня это клетка, пойми! – поставила точку Света. – Я не могу оставить сцену!
-Сцену?- задохнулся Ганс. – Ты называешь это сценой?- махнул он рукой на набережную.

«Хочу быть твоим Есениным»

30-летний Ганс приехал на Украину к невесте, которую нашёл по Интернету. У 25-летней Леси было всё, чтоб его покорить - хорошая фигура, темперамент и напор голодной провинциалки, рвущейся изо всех сил в Европу. Но на пятый день отдыха в Ялте случилось непредвиденное.  Ганс с невестой ужинали в ресторане, когда заиграла скрипка, и рядом, на набережной возникло видение – танцующая балерина. Лёгкая, изящная, почти бестелесная, она взлетала, как мотылёк, и невозможно было глаз оторвать от этого волшебного танца.
-Кто это? – изумился  Ганс.
-Местная чудачка, - ответил официант.
Ганс выхватил из вазы розы и бросил к ногам балерины. Та поклонилась ему до земли. Внезапный порыв ветра сорвал с прелестницы шляпу, и на бледное личико упали седые пряди.
-Уфф, - не сдержал изумления Ганс. – Я думал…
-Вы думали, я девушка, - продолжила  балерина. – А я оказалась бабушкой!
Историю уличной танцовщицы поведал Гансу ресторанный скрипач. В прошлом солистка известного танцевального ансамбля, Светлана Весенина не нашла себя в новом времени, и ялтинская набережная заменила ей сцену.
-Сколько ей платят за эти концерты?- спросил дотошный немец.
-Зачем платить за бесплатное?- пожал плечами скрипач.
Читать полностью »

  У Лиды Петровны волосы стали дыбом: ей улыбалась утопленница!

Лику ждали дома в четверг, а она  утонула в среду. Муж, не встретив её на крымском поезде, позвонил в санаторий, и узнал ужасную новость. Тело искали неделю, но тщетно: Сергей вернулся домой лишь с чемоданом жены.

Подписывая приказ об увольнении Серовой в связи с её смертью, главврач больницы Лида Петровна не сдержала рыданий. Она обожала Лику.

-У тебя лёгкое дыхание, - говорила она любимице и с несвойственной ей ласковостью прижимала Лику к пышной груди.

Под дыханием подразумевалось многое – и неизменная приветливость, и готовность смеяться любой, даже нелепой шутке, и снисходительность к людям. А если одним словом – то жизнерадостный, лёгкий характер.

Лиду Петровну в больнице боялись – баба резкая, жёсткая, она могла истолочь в порошок, если кто-то не угодит. Тем поразительней была её симпатия к Лике. Ведь та относилась к особо ненавистной когорте людей – женщинам с устроенной личной жизнью.

Впрочем, Ликино благополучие было лишь ширмой её одиночества. Ликин муж – Сергей - работал ментом, вернее штабной ментовской крысой – сам никого не ловил, шкурой не рисковал, только строчил доклады и составлял отчёты. Работка не пыльная, близко к начальству, и Сергей умел этой близостью пользоваться.

 Лесть и донос во все времена были лёгкой дорожкой к успеху, и Сергей, в очередной раз удачно сподличав, хвастался мздой перед супругой. Он ждал поощрения, а получал пинок, Лика ненавидела рабскую натуру мужа и прощала ему лизоблюдство лишь по одной причине: в милиции есть подлецы посерьёзней. Они прожили вместе 20 лет, особо не шиковали, но и не бедствовали. Так что на первый взгляд у Лики было всё для полного счастья, в реальности же не хватало самого главного.

-Что такое настоящий мужик?-  рассуждала она.  – Это тот, кто даёт тебе физику и лирику. А мой мент даёт только деньги, да и то смешные!

Если говорить о физике, то этот союз и впрямь смотрелся анекдотично: Лика была женщиной крупной, яркой, с крутыми бёдрами, а Сергей – щупленьким, длинноносым и конопатым. Она умела и приласкать, и гаркнуть, а он – лишь хитрить, вынюхивать и пресмыкаться.

Как же ты замуж за такого вышла?- удивлялись подружки.

-Мать заставила, - вздыхала Лика. – Она ж на форме была помешана. А мне хотелось другого: чтоб взял за руку и сказал – пойдём. Так сказал, что нельзя отказаться.

Сильная женщина Лида Петровна понимала сильную женщину Лику и разделяла её мироощущения. Ей тоже хотелось услышать  «пойдём» и забыть обо всём на свете. Но молодость прошла, а нужный мужчина не встретился. Приходилось жить вдвоём с сыном  и сублимироваться в работе.

Читать полностью »