На сорокалетие Риту никто не поздравил. Лишь соседка по тамбуру баба Шура, которой она занесла молоко, засуетилась, услышав про именины, и протянула мятую двадцатку.

-Ну что вы! - усовестилась Рита. - Это я к вам с тортиком зайду вечерком.

Вот уже год, как она торговала купальниками в собственном киоске. На безбедную жизнь хватало, а роскошествовать она себе не позволяла. Слишком много горьких и невосполнимых потерь случилось в жизни, чтоб веселиться и пировать.

Она взглянула на часы – одиннадцать. Пора открывать киоск, но хотелось сесть у подъезда на солнышке и не двигаться. На детской площадке выгуливал собаку приземистый мужичок. Щенок безудержно шалил, а суровый хозяин грозно покрикивал.

Голос показался знакомым, и Рита пристальней вгляделась в незнакомца. Мужик замер, почувствовав взгляд. И вдруг оглянулся:

-Ритка, ты что ли? Как ты меня нашла?

Она перестала искать его пять лет назад. Тогда, вернувшись в Симферополь – раздавленной, уничтоженной, потерявшей опору в жизни, Рита отважилась подняться на пятый этаж и позвонить в дверь хрущёвки, где оставила когда-то мужа и годовалого сына. Но из квартиры выглянула не ненавистная свекровь, а мужчина жгучей наружности. С кавказским акцентом он заявил, что никакого Игоря не знает. Не дали сведений о «бывшем» и в паспортном столе. Пришлось смириться – зачем искать своё прошлое, если оно так искусно спряталось!

Весеннее солнце заставило народ раздеться до футболок, а у Риты зуб на зуб не падал.

-Ты только скажи, как Лёша?- выдохнула она.

-Лёша как Лёша, - усмехнулся бывший муж. – Женился прошлой осенью, в соседнем подъезде живёт. А ты как здесь очутилась? Выследила? Что-то понадобилось?

Лицо горело, как от пощёчин. В горле стоял комок. Но Рита себя пересилила.

-Ты тоже живёшь в этом доме?

-Мы с женою купили дом. Зашёл вот собаку выгулять.

-А как твоя мама?

-Умерла. А твоя?

- Хотела тебя спросить. Я когда от тебя ушла, родители меня не приняли. Больше я их не видела.

Что-то дрогнуло в мужском лице – то ли жалость, то ли сочувствие.

-И ты до сих пор одна?

-Как перст одна, Игорёша.

- Мда. Дела. У Лёхи жена должна скоро рожать, будут няньку искать. Хочешь, рекомендую?

-Рекомендуй!- взмолилась Рита.

-Но у меня условие - никаких признаний. Лёшка мамкой мою жену считает!

Киоск она так и не открыла. Едва дожила до пяти вечера. А полшестого уже сидела на лавочке у соседнего подъезда. Лёша появился через полчаса – невысокий, но крепенький, весь в отца. То, что это был именно он, Рита не сомневалась – сердце забилось так, что стало страшно - парень услышит. Но тот и не глянул в сторону тётки – торопливо докурил сигарету и забежал в подъезд. А через десять минут выскочил снова – с рыжим спаниелем на поводке.

-Красивая у вас собака!- вкрадчиво польстила Рита.

-Спасибо, это Чара.

-Будет щенок, я куплю.

-Вы опоздали немного. Помёт уже был. А теперь не до этого – ждём своего ребёнка.

-Чара, иди ко мне, - присела Рита на корточки. – Ах ты умница, красавица!

Собака радостно завиляла обрубком хвоста.

- Меня Маргарита зовут, - представилась Рита. – Люблю собак и детей. Живу в 45-й квартире. Всегда буду рада помочь!

То, что она щепка в водовороте жизни, Рита поняла в 17 лет. Взрослый парень, с которым она танцевала весь выпускной, позвал её на минутку в класс – показать парту, за которой сидел семь лет назад, и, заломив руки, повалил на пол. Рассвет с одноклассниками она не встречала – прорыдала в школьном туалете. Игоря Рита больше не видела, но через месяц стало ясно, что «инцидент» на выпускном забыть не удастся. Мать, узнав, что дочка беременна, сказала – никакого аборта! Разыскала адрес негодяя и пошла качать права к его родителям.

Грустной была эта свадьба: жених сидел понурый и безучастный, свекровь не скрывала неприязни к невестке, немногочисленные гости старались быстрей напиться. Полгода в чужой семье показались Рите тюрьмой. Спасала только работа – вместо того, чтоб поступать на юридический, она пошла работать телефонисткой. Муж подчёркнуто демонстрировал молодой жене свою независимость – гулял до утра с друзьями, перезванивался с девчонками.

Ничего, - утешалась мысленно Рита, - я только в браке рожу и уйду.

Но получилось по-другому. Розовощёкого бутуза Лёшеньку страстно полюбила вся семья. И особенно главный противник – свекруха. Не так покормила, плохо погладила, неправильно купала – с утра до ночи на Риту лился каскад упрёков, нередко перестающих в скандалы. Очередная ссора вспыхнула на годовщину Лёшеньки. Легкомысленный отец накормил его апельсином, щёчки засыпал диатез, а разнос получила Рита.

-Да пошли вы все!- не выдержала она.

Покидала в чемодан свои вещи и вылетела из квартиры, оглушительно хлопнув дверью. Пять остановок до родительского дома она прошагала пешком. Двери открыла сонная мама, глянула на заплаканное лицо, на чемодан и выставила руку-шлагбаум:

-Марш назад! К мужу и сыну!

Ночевала Рита у подружки. У неё же прожила три месяца до июля и поехала в Киев – поступать в университет. Ни стрессы, ни роды, ни жизнь в приживалках не сгубили её интеллект, наработанный прилежной учёбой. Правда, поступила Рита не на юрфак, как когда-то мечтала, а на биологический. Но студенческая жизнь оказалась лучшим лекарством от тоски и депрессии. Ей было 22 года, она училась на четвёртом курсе и подрабатывала в больнице ночной медсестрой, когда познакомилась с Юрой. Молодой милиционер лежал в хирургии с огнестрельным ранением, и хорошенькая милая медсестричка не могла пройти мимо его внимания. Больница сближает стремительно, как и война. Через неделю он сделал ей предложение, ещё через две они стали жить вместе. А через два месяца после знакомства Рита опять вышла замуж – на этот раз по-настоящему, по любви.

Новой свекрови «сиротка» понравилась – была в ней некая душевная глубина, не свойственная молодым. Благородный отсвет пережитых страданий. Именно такая подруга могла по достоинству оценить её сына и окружить заботой.

Через девять месяцев у Риты и Юры родилась Дашенька. Жили они и впрямь хорошо. Вот только все заботы по дому легли на Риту, а Юра пропадал на работе. Дочке было десять месяцев, когда Рита уложила её спать и выскочила в магазин за молоком. Отсутствовала полчаса, не больше. Но когда вернулась, увидела на полу бездыханную Дашеньку. Рядом валялась коробка с пуговицами и лоскутками.

Она не смогла пережить это горе. Ушла в себя, стала заговариваться. Муж в отчаянье положил жену в психиатрическую больницу. Выписалась она лишь на четвёртый месяц. И поняла, что мужчины ей опротивели. На дворе началась эпоха первичного накопления капитала. Подружка по институту предложила ездить в Турцию за тряпками. Рита обрадовалась – вот, что поможет ей забыться. Десять лет она таскала баулы, тряслась в автобусах и стояла на базаре. Десять лет поддерживала с мужем добрососедские отношения. Пока не узнала, что у него есть женщина и маленький ребёнок.

Нищему собраться – только подпоясаться. Без сцен и долгих объяснений Рита свернула бизнес, написала мужу записку и с двумя чемоданами села в поезд Киев-Симферополь.

В 35 у некоторых жизнь только начинается. У Риты она закончилась: два неудачных брака, потеря двоих детей, полное одиночество. На квартирку в крымской столице и киоск купальников ушли все сбережения, и Рита опять начала челночить. Боль по Дашеньке притупилась, но теперь она всё чаще думала о сыне. Вглядывалась во встречных парней, старалась представить, каким он стал. И тысячи раз прокручивала прожитую жизнь, раскладывая на варианты и пытаясь докопаться - где же и когда она совершила роковую ошибку?

Лёша зашёл через месяц поздно вечером. Рита тупо сидела у телевизора: слева мисочка с жареными семечками – справа корытце для шелухи. Поверх ночнушки – байковый халат.

-Вы извините, что так поздно, - замялся смущённо гость. – У меня жена заболела, кладут в больницу. Не с кем оставить Аришку. А родители как назло ушли на неделю в горы.

-Конечно-конечно!- засуетилась Рита. – Я же сама себе хозяйка! Буду сидеть, сколько надо!

Вот уже год, как Рита не надышится внучкой.

-Повезло вам с нянькой!- завидуют Лёше знакомые.

А он в ответ сияет Ритиными глазами – такими же зёлёными, в болотную крапинку.

– Нам её Бог послал! Золотая женщина!

Катя Михайлова

Leave a Reply